Наталья Куликова: в 24 года сыграть роль Маргариты – это был вызов!

Актриса Наталья Куликова хорошо известна театральным зрителям и любителям мюзиклов. Она исполняет роль Маргариты в мюзикле «Мастер и Маргарита», Кончиты в легендарной «Юнона и Авось». О творческом детстве и пути в профессию – в нашем интервью.

Наталья, здравствуйте. У вас очень приличный театральный послужной список, где преимущественно мюзиклы. Вы всегда мечтали работать в этом жанре или так случайно сложилось?

Добрый день. Мне кажется, моя жизнь состоит из неслучайных случайностей, счастливых и очень точных. Наверное, стоит начать с того, что я родилась в творческой семье: мама — певица, папа — музыкант, бабушки — педагоги. У нас всегда звучала музыка, всегда шумно, весело. Поэтому на сцену я вышла очень рано, в три года.

В семь лет я поступила в Детский музыкальный театр юного актёра, где и началась моя «мюзикловая» история, хотя тогда я об этом не задумывалась. Мы играли такие спектакли, как: «Приключения Тома Сойера», «Оливера Твиста» и другие. В этом театре я проработала восемь лет, потом поступила в Московский государственный институт культуры. И совершенно случайно совпало так, что моя первая взрослая премьера в мюзикле «Опасные связи» Глеба Матвейчука случилась за день до госэкзаменов. То есть я очень плавно вышла из института сразу в профессию, и дальше уже пошли проекты, кастинги..

Какой из сыгранных спектаклей/героинь вами наиболее любим?

Мне кажется, невозможно выходить на сцену и жить в спектакле два с половиной часа, не любя свою героиню. Поэтому каждая роль любимая. И ещё большой вопрос, кто кого раскрывает: я героиню или героиня меня. Поэтому выделить один спектакль сложно, я правда советую приходить на любой.

Вы играете Маргариту в мюзикле «Мастер и Маргарита», по произведению, которое окутано множеством легенд и загадок. Не было страшно приступать к этой роли?

Мюзикл «Мастер и Маргарита» пришёл в мою жизнь очень неожиданно. В один день с разницей в пару часов меня сначала не берут в один проект, и следом приглашают исполнить роль Маргариты.

Я всегда чувствовала, что когда-нибудь сыграю эту роль, но не думала, что так рано. В 24 года исполнить роль 33-летней Маргариты — это, конечно, вызов, но для меня это было скорее увлекательное путешествие. И, кажется, у меня получилось. Даже знакомые не всегда узнавали меня на сцене: ни по голосу, ни по актёрской подаче. Этот проект сильно расширил мой диапазон, я вышла за пределы юных лирических героинь.

Интересно, что звучание своей Маргариты я во многом нашла через маму. У нас похожие тембры, она мой первый педагог по вокалу. Я просто представила, что пою её голосом — более глубоким, женственным, грудным — и это сработало.

Если говорить про первое впечатление, я увидела экранизацию «Мастер и Маргарита» Владимира Бортко ещё в детстве. Мне было лет 5, когда я не могла уснуть и увидела, как родители смотрят этот фильм. Попала на сцену полета Маргариты: мне было страшно и совершенно непонятно, что это такое? Но этот трепет и ощущение мистики остались до сих пор, несмотря на то, что позже я посмотрела много постановок и экранизаций.

Так же в вашем актёрском списке легендарная рок-опера Алексея Рыбникова «Юнона и Авось». Какие эмоции испытали, когда вас пригласили в этот проект?

Рок-оперу «Юнона и Авось» Алексея Рыбникова я впервые увидела за пару лет до того, как сама вышла в этом спектакле. Конечно, эту музыку знают все — она уже где-то на уровне ДНК.

Тогда мама подарила мне билет в «Ленком» на постановку «Юнона и Авось», и я до сих пор помню это впечатление. Мы сидели в первом ряду, и на входе в театр нас предупредили, что в самом начале нужно будет закрыть уши. Я удивилась, но потом начался спектакль с очень мощного аккорда, и стало понятно, зачем это было нужно.

Моя героиня — Кончита — за один спектакль проживает целую жизнь: от юной девушки до зрелой женщины. Для меня как актрисы важно прожить этот путь так, чтобы зритель успел пройти его вместе со мной.

Музыка Алексея Рыбникова даёт невероятную энергию, она буквально ведёт тебя. И каждый раз, выходя на сцену, есть ощущение, что всё происходит впервые. Этот спектакль каждый раз живой, и как новый.

Особенно сильные ощущения, когда играем с живым оркестром, например, в Кремле: огромный зал, хор, декорации, и ты стоишь в лёгком платье в центре этой истории. Это настоящий катарсис.

Я всегда жду этот спектакль, потому что знаю: сколько бы ни отдала, в конце получу гораздо больше и от зрителей, и от самой истории.

 Ролей в кино у вас не так много: театр не дает времени на съёмки или вы решили сосредоточиться именно на мюзиклах, а кино — не первостепенно?

В какой-то момент я полностью погрузилась в театральную деятельность: гастроли, плотный график. Прилетала домой, меняла чемодан и улетала дальше. В таком режиме ни на что другое просто не остаётся времени. При этом кино мне, безусловно, интересно. Моя первая большая роль была ещё в 12 лет — в фильме «Зеркала», где я сыграла Ариадну Эфрон. И именно тогда у меня появилось чёткое ощущение, чем я хочу заниматься и как строить свою карьеру.

В каком фильме вы бы хотели сняться?

У меня есть целый список образов, которые мне интересны. Очень широкий диапазон от героинь эпохи Возрождения, девушек в корсетах, до Сони Золотой Ручки, от дикой амазонки до драматических, тяжёлых ролей. Я чувствую в себе этот диапазон и понимаю, что в кино тоже могу его реализовать.

А в театре, о каких ролях мечтаете?

Сейчас мне интересно идти в то, чего у меня ещё не было. Возможно, даже в сторону драматического театра. Теперь хочется делать ставку не на количество, а на качество.

В мюзикле артисту приходится и играть, и петь, и танцевать — это колоссальная нагрузка. Как вы отдыхаете и восполняете силы?

У меня есть фраза, которую я себе часто повторяю: «сцена лечит». И это правда. Конечно, нужна физическая подготовка, но не менее важна внутренняя устойчивость. Зрителю не важно, что у тебя происходит в жизни, он пришёл получить удовольствие.

Если относиться к сцене с уважением, она отвечает тем же. После спектакля ты не только не опустошён, а наоборот — наполнен.

Для меня театр — это место силы. И как для актрисы, и как для зрителя: я точно знаю, что выйду из зала другой, более живой, более наполненной.